Солнце плавит горизонт, город замедляет бег.
Этот августовский зной не растает за ночлег.
В старом парке у реки фонари зажгли огни,
Мы с тобой опять одни, в целом мире — мы одни.
Пульс летит на частоте, что придумали для нас,
И звучит «La Vida Es» здесь и прямо здесь, сейчас.
А мамба кружит голову, ритм сердца бьёт в груди,
Ты только ничего не говори и просто рядом посиди.
Посиделки на закате, где сливаются мосты,
Главное сокровище планеты — это ты.
Эта мамба бесконечна, как тепло твоей руки,
Все печали быстротечны и нелепо далеки.
Тени стали чуть длинней, воздух пахнет резедой.
Мир из сотен мелочей вдруг обрёл сюжет простой:
Твоя родинка у глаз, мой потёртый джинсовый рукав.
Кто-то выдумал для нас этот ласковый устав —
Жить без спешки, напролом, зная всё наперечёт,
И когда мы так вдвоём, даже время подождёт.
А мамба кружит голову, ритм сердца бьёт в груди,
Ты только ничего не говори и просто рядом посиди.
Посиделки на закате, где сливаются мосты,
Главное сокровище планеты — это ты.
Эта мамба бесконечна, как тепло твоей руки,
Все печали быстротечны и нелепо далеки.
Пусть завтра снова суета, дела, звонки и кутерьма,
Но эта тихая верста сведёт любого нас с ума.
Где нет чужих имён и лиц, где мир укутан в мягкий плед,
Где музыка длиннее всех дорог и прожитых тобою лет.
Кружит мамба...
Посиделки на закате...
Это ты...
На заднем плане...
