[Intro: The menacing rumble of the organ cuts through the silence, the choir sings in Latin. Suddenly, a heavy guitar riff and a fast, devilishly fast plucking of violin strings in the style of Paganini's caprices enter.]
Мой смычок дрожал в бессильной злобе,
Я был никем - презренным глупцом в толпе.
Но тёмный князь явился мне в ночном ознобе,
И кровью договор я подписал, отринув Бога!
[Verse 1]
Я ненавидел этот мир за свой изъян,
Мой бедный инструмент скрипел, как будто вечно пьян.
Я жаждал славы, власти над умами от начал,
Чтоб каждый предо мною на колени встал.
И в полночь тень пришла из-за зеркальных стен,
Предвосхищая мой безумный страшный плен.
Я отдал душу за божественность аккордов,
И стал надменным, ненасытным, гордым чёртом!
[Chorus]
Играй, мой бес, гори в огне моя душа!
Я каждым звуком мира завладел, спеша.
Скрипичный лак теперь замешан на крови,
Меня прокляли боги неба и любви!
Смычок взлетает хищной птицей в темноту,
Я продал вечность за пустую красоту.
Симфония безумия в ночи звенит,
И этот дьявольский аккорд меня манит!
[Verse 2]
Теперь талант мой - безумный, огненный кошмар,
В моих руках послушен адский этот дар.
Толпа ревёт, безумствуя у ног моих,
Я заставляю плакать мёртвых и живых.
Но с каждой нотой тает жизнь в моей груди,
И голос внутренний кричит: «Уж впереди
Твой смертный час! Расплата за обман близка!"
И сжала горло ледяная вновь рука!
[Chorus]
Играй, мой бес, гори в огне моя душа!
Я каждым звуком мира завладел, спеша.
Скрипичный лак теперь замешан на крови,
Меня прокляли боги неба и любви!
Смычок взлетает хищной птицей в темноту,
Я продал вечность за пустую красоту.
Симфония безумия в ночи звенит,
И этот дьявольский аккорд меня манит!
[Bridge: The rhythm section falls silent. There is an ominous silence, broken only by lonely pizzicato. Ad-libs.]
Древесина скрипки стонет и кричит,
В моих жилах кровь от ужаса кипит.
Смычок вцепился в пальцы, кости обнажив,
Не человек уже, я демон... больше мёртв, чем жив!
[Verse 3]
Настал мой самый жуткий и последний бал,
Я на концерте вновь безумно, сказочно играл.
Но пальцы превратились в бледный уголь вдруг,
И замирало сердце, тикающий стук.
Сживалась скрипка с плотью, проросла в меня,
Сжигая душу языками чёрного огня.
Со сцены рухнул я в кромешный адский бред,
Где для моей проклятой тени больше нет побед!
[Final Chorus: Full power!!! Ad-libs.]
Играй, мой бес, гори в огне моя душа!
Я каждым звуком мира завладел, спеша!
Скрипичный лак теперь замешан на крови!
Меня прокляли боги неба и любви!
Смычок взлетает хищной птицей в темноту!
Я продал вечность за пустую красоту!
Симфония безумия в ночи звенит!
И этот дьявольский аккорд меня манит!
Гори в аду, моя сожжённая душа!
Жизнь пролетела вихрем, так легко, греша!
Смычок дорвался до последней призрачной струны!
Мы в этом танце до конца теперь равны!
Оркестр умолк, и хор затих во мгле ночной!
Лишь дьявол забирает мой трепещущий покой!
Симфония окончена, я побеждён!
И в вечный мрачный кокон я отныне заключён!..
[Outro Instrumental/Coda: A virtuoso violin solo begins - frenzied, accelerating, turning into an ultrasonic screech, reminiscent of the cry of a sinner. Heavy symphonic orchestrations end on a dissonant chord. All that remains is the sound of a lonely, fading string, turning into sinister laughter and the distant ringing of a bow falling into the abyss.]
[Silence.]
