Дождливое небо укрыло весь город вуалью,
Сковала весь мир тяжёлая, серая сталь.
И рыжих высоток квартал окутан печалью,
Стираясь беззвучно, словно ушла вертикаль.
Холодный ветер листает пустые страницы дней,
Но где‑то внутри ещё тлеет слабый свет огней.
Не надо спешить — пусть время течёт, как река,
Меланхолия шепчет: «Всё будет наверняка».
Хандра и тоска льются по серым проспектам,
Скрывая в тумане усталые этажи.
Всё тонет в сырой пелене, в приглушённых эффектах,
А где‑то сквозь муть тускнеет зелень листвы.
Холодный ветер листает пустые страницы дней,
Но где‑то внутри ещё тлеет слабый свет огней.
Не надо спешить — пусть время течёт, как река,
Меланхолия шепчет: «Всё будет наверняка».
По мокрой дороге ползёт одинокий автобус,
В стёклах — осколки осеннего тусклого дня.
Над городом тянется след от ушедшего рейса,
Как будто надежда летит, растворяясь в дожде.
Холодный ветер листает пустые страницы дней,
Но где‑то внутри ещё тлеет слабый свет огней.
Не надо спешить — пусть время течёт, как река,
Меланхолия шепчет: «Всё будет наверняка».
