Я скрыва́лся за чёрной дверью созна́нья.
И следы моих ног терялись на крышах.
Наступая на горло, вырезал себе жа́бры.
Ища винова́тых, среди тех, кто не слышит.
Сторони́лся, кто видел мои преступленья,
отпускал по дорогам, стоя́щих так близко,
что дыхание их, согревало колени,
говоря им, что я, не достоин так низко.
И оставшись в итоге, за разбитым окном,
умолял не оставить Всевы́шнего с этим.
В гранёном стакане, созерцая на дно,
видел, как пляшут белые че́рти.
[heartbeating]
Сердце стучит
Еле слышно
[heartbeating]
То́ли молчит
То́ли оно неподви́жно
[heartbeating]
[heartbeating]
Сердце стучит
Еле слышно
[heartbeating]
То́ли молчит
То́ли оно неподви́жно
[heartbeating]
Пиха́я прохо́жих, пожира́л их глазами.
Ища среди них, кто сожрёт меня тоже.
Заведомо им, твердя наказанье.
Да так, чтоб больнее. Да так, чтоб доро́же.
Они разбегались, пу́тая фразы.
Теперь уже я, становясь на колени,
дышал на них болью, а боль так зара́зна.
И с выдохом каждым, бьёт всё сильнее.
Разбитые стёкла, резали душу
и новые двери искал для укры́тия.
Биение сердца, уже я не слушал.
Жа́бры зажав, для кессо́нного всплы́тия.
Ещё бы немного и спрыгнул на небо.
Ещё бы немного и вторгся в бездо́нность.
Ещё бы чуть чуть, но услышал вдруг слева,
как оно застуча́ло, прибавляя всё скорость.
[heartbeating]
Сердце стучит
Еле слышно
[heartbeating]
То́ли молчит
То́ли оно неподви́жно
[heartbeating]
[heartbeating]
Сердце стучит
Еле слышно
[heartbeating]
То́ли молчит
То́ли оно неподви́жно
[heartbeating]
