Над склоном Суншань, где туманы плетут узор,
Стоит Шаолинь — вечной мудрости взор.
Не просто камень, не просто тень у горных стен —
Здесь учат слышать тишину средь громких перемен.
Здесь тело учится быть ветром, лёгким и прямым,
А воля станет скалами перед лицом грозы.
В движенье — истина, в ударе — тихий свет,
Чтоб в каждом шаге находить простой ответ.
Три внешних пары в лад ведут свой строгий ход:
Рука с ногой летят, танцуя небосвод,
Локоть с коленом — в ритме, плечи с бёдрами — в строю,
Даруя телу эту звонкую зарю.
А глубже, там, где сердце шепчет разуму слова,
Куется та гармония, что крепче, чем скала.
Разум питает дух, а дух горит в святой тишине,
Зажжённый волей, силу множа в глубине.
Не ради боя, не ради славы и наград,
Здесь учатся любить — вот главный, тайный клад.
Любить людей, любить саму живую суть земли,
Чтоб души стали морем без границ и без мели.
И если дух горит, и воля держит путь вперёд,
То сила расцветёт, встречая вод круговорот.
Не грубая мощь, не ярость, что сжигает всё дотла,
А свет, что бережёт, хранит и создаёт дела.
Стучит в груди цигун, как пульс самой земли,
Монах встаёт на гвозди — не для пустой хвалы.
Он проверяет: «Здесь ли я? Здесь ли мой дух живёт?»
Чтоб каждый шаг был правдой, разрывающей лёд.
Среди теней и света, средь медитаций и шагов,
Он постигает высь среди земных даров.
Шаолинь — не крепость воинов, не школа острых мечей,
А храм, где дух сливается с сиянием лучей.
Пусть ветры шепчут имена ушедших мастеров,
Их тайна не в ударах, а в чистоте основ.
Любовь — вот главный меч, что рушит тьму без лишних слов,
И открывает правду древних голосов.
