**Интро (бит: глубокий, качающий бас, сэмпл скрипки на фоне)**
Йоу.
Микрофон один-восемь.
Слушай сюда. Это не сказки няни, это уличная правда девятнадцатого века.
Поехали.
**Куплет 1:**
Замутили стрелку в Питере у старой мельницы,
Пацаны из местной братвы решили развеяться.
На районе — голимый штиль, сплошная тоска,
Решили поднять кэш по-легкому, без лишнего броска.
Но тут нарисовался Онегин, столичный мажор,
На карете блестит свежий черный шпон.
Весь в шелках, на пальце тяжелый кастет,
Спрашивает тихо: «Кто здесь держит этот проспект?»
Мой кореш Ленский, горячий пацан, вскипел за секунду,
За честь сестры готов вписаться под любую фуру.
Достает ствол, но Евгений лишь щурит глаз:
«Убери пукалку, малой. Я решу всё сейчас».
Он достал свой ТТ, увесистый аргумент,
И загнал весь район под конкретный процент.
Сказал нам гнать мет и держать ларек до утра,
Вот такая вот вышла игра.
**Припев (качовый бит):**
Это Мойка-речка, холодная вода,
Здесь вопросы не решают словом «да».
Если рамсишь на районе — жди беды,
От сумы, от петли и от чужой правоты.
Черный бумер скользит вдоль чугунных оград,
Каждый первый на квартале чисто чифир рад.
Это Мойка-речка, питерский размах,
Власть не в титулах, а в сжатых кулаках.
**Куплет 2:**
А Татьяна? Сидит на хате, пишет в мессенджер строки,
Ей плевать на эти мутки и жесткие сроки.
Она видит во мне не барыгу с окраины Купчино,
Типа я романтик, душа её пламенная, жгучая.
Пишет: «Я к вам пишу — чего же боле?
Забери меня отсюда, мы сбежим на волю.
Брось свои весы, свой общак и заточку,
Давай рванем со мной в одну счастливую ночку».
Я читаю эти буквы на разбитом экране,
Мне базарить про любовь как-то даже странно.
Моя жизнь — это рейв, перестрелки и долг,
Какой брак, малая? Какой семейный толк?
Ты привыкла пить чай под абажуром старинным,
А мой мир пропах дешевым никотином.
Я для тебя — герой дешевого романа,
А завтра утром мне вставать слишком рано...
Ранний чек, контроль над точкой, новый переброс.
Так что извини, родная, это несерьезно.
**Припев (бит становится жестче):**
Это Мойка-речка, холодная вода,
Здесь вопросы не решают словом «да».
Если рамсишь на районе — жди беды,
От сумы, от петли и от чужой правоты.
Черный бумер скользит вдоль чугунных оград,
Каждый первый на квартале чисто чифир рад.
Это Мойка-речка, питерский размах,
Власть не в титулах, а в сжатых кулаках.
**Бридж (бит замедляется, остается только гулкий саб-бас):**
Дуэли вышли из моды, теперь решает Глок,
Поэт сегодня — это тот, кто вовремя нажал на курок.
Честь берегут не шпагой, а длиной ствола,
Такая, слышь, история... Такие дела.
Ленский лег в падике, словив маслину в грудь,
За длинный язык свой он закончил путь.
Теперь молчит, ему уже не нужен адвокат,
Такой вот жесткий получился баттл-трактат.
**Аутро:**
Санкт-Петербург. Две тысячи двадцать шестой.
Мороз крепчает. Бит долбит. Мы идем домой.
Всё тлен. One love.
*(Щелчок кассеты, звук ветра)*
