(Интро)
[Лёгкий бит, чуть качающий, с ироничным пианино и щелчками]
Ха‑ха, ну вот так вы меня видите…
А вот так — нет.
Паук бы сейчас смеялся.
Но его нет. И без него тяжко.
Зато я тут. Со своим стилем.
Погнали.
(Куплет 1)
Паук был юморной, позитив строил на ровном месте,
Даже в строю, даже в дивизионе — всё у него с шуткой, всё с песней.
Он мог любой тяжёлый день превратить в прикол,
И если было тяжко — он первым кричал: «Ну, погнали вперёд!»
А теперь его нет, и тишина давит сильнее, чем раньше,
Но я помню этот смех, он до сих пор где‑то рядом, брат.
Я гомадрил, я гомадрил — это мой способ держаться,
Чтобы не рассыпаться, чтобы просто не сломаться.
(Припев)
Я сливаюсь с феном, меня патологически не видно,
Вот так вы меня видите, а вот так — нет, ха‑ха‑ха!
Это не про маски, это про то, как я выживаю,
С юмором, с иронией, с этой странной, но своей правдой.
Пусть меня не видно — я здесь, я держу этот ритм,
Ради тех, кто был, ради тех, кто рядом, ради этих минут.
(Куплет 2)
Дивизион помнит: Паук умел слово так подать,
Что даже приказ звучал как анекдот, и хотелось вставать.
Он не нёс пафоса, он нёс свет, даже когда вокруг темно,
И вот теперь без него в строю как будто тише всё равно.
Но я не буду лить воду, не буду делать из этого драму,
Я буду делать так, как он бы хотел: с улыбкой, по делу, прямо.
Я гомадрил, я гомадрил — не потому что крутой,
А потому что иначе никак, иначе этот вес не унести с собой.
(Бридж)
Иногда лучший способ не сойти с ума — это посмеяться,
Даже если смеяться особо не над чем, даже если всё рассыпается.
Паук бы сказал: «Эй, бро, ну давай, не стой столбом,
Жизнь сама по себе — уже прикол, так давай жить дальше, вперёд!»
И я слушаю этот голос, я слышу эту фразу,
И делаю шаг, даже если земля уходит из‑под ног сразу.
(Припев)
Я сливаюсь с феном, меня патологически не видно,
Вот так вы меня видите, а вот так — нет, ха‑ха‑ха!
Это не про маски, это про то, как я выживаю,
С юмором, с иронией, с этой странной, но своей правдой.
Пусть меня не видно — я здесь, я держу этот ритм,
Ради тех, кто был, ради тех, кто рядом, ради этих минут.
(Куплет 3)
Говорят, время лечит, но я не хочу, чтоб это забылось,
Хочу, чтоб его смех в этом треке навсегда остался.
Не как грусть, а как сила, как топливо для новых дней,
Как напоминание: даже в тяжёлом можно найти свой прикол.
Я сливаюсь, пропадаю, становлюсь невидимым на миг,
Но потом снова выхожу на свет — и снова делаю этот шаг.
Вот так вы меня видите.
А вот так — нет.
Ха‑ха‑ха.
(Аутро)
Паук, если ты где‑то слышишь — мы держим строй.
С юмором. С правдой. С этим странным, но своим боем.
Я гомадрил. Я гомадрил.
И буду гомадрить дальше.
[Бит затихает, лёгкий смех в конце]
