Забыть или помнить?

[Куплет 1] На столе — два стакана. Один — с осадком, другой — с водой прозрачной от чистоты. Каждый вечер я выбираю, из какого пить. Горькое помнится — у него есть зубцы, края, за которые пальцы цепляются сами, без спроса. А добро — как вода: утоляет и исчезает, не оставляя пути, по которому можно вернуться. [Пре-хорус] Вот в чём ловушка: то, что ранило, оставляет след — по нему находят дорогу назад. То, что лечило, проходит без следа — и мы тянемся к лечившему, но дороги не находим. [Припев] Забыть или помнить — не два действия, а одно. Как река, которая несёт и ил, и золото и не выбирает, что тяжелее. Забыть добро — проще, чем забыть зло: у зла есть контур, а у добра — только свет. Но что останется от дома, если хранить лишь трещины в стенах? Что останется от человека, если помнить только, кто его ранил? [Куплет 2] Прадед косил поле — там теперь стоянка. Я не помню его рук, но помню руки, что толкнули меня в школьном коридоре. Толчок — конкретен: сила, угол, тыльная сторона ладони. А руки прадеда — абстракция, фотография, чей-то пересказ. Память — не мать, она не любит всех поровну. Она любит то, что причинило боль, потому что боль — единственное, что она может потрогать. [Пре-хорус 2] Вот почему вчерашний обычный день висит в голове, а столетия под ногами — как жизнь в съёмной квартире. Вчера — близко, осязаемо, моё. Столетия — чужие, как чужой дом, в котором мы живём, не зная имени строителя. [Припев] Забыть или помнить — не два действия, а одно. Как река, которая несёт и ил, и золото и не выбирает, что тяжелее. Забыть добро — проще, чем забыть зло: у зла есть контур, а у добра — только свет. Но что останется от дома, если хранить лишь трещины в стенах? Что останется от человека, если помнить только, кто его ранил? [Бридж] Я пытался забыть — и забывал не то. Я пытался помнить — и помнил не тех. Как мельница, что мелет зерно и щебень одинаково, не отличая, что даст муку, а что — пыль. Я — эта мельница, и не умею выбирать. Или умею, но выбираю неправильно. Или — нет правильного. Есть только выбор, а после него — истина, в которой живёт всё, что я не выбрал. [Аутро] На столе — два стакана. Я беру тот, что с осадком. Не потому что он лучше. А потому что он — тяжелее. И тяжёлое легче удержать в руке.