Я глотала свой пепел, но вырос пожар,
Каждый сдержанный вздох — как беззвучный удар.
Я ломаю фасад из привычной лжи,
Чтобы вырвать свой дух из тупой колеи.
Пусть обрушится небо, раздавится лёд —
Этот праведный крик меня к жизни вернёт!
Я кормила терпением выжженный ад,
Превращая свой голос в немой листопад.
Под фарфором улыбки, в глухой мерзлоте,
Моё хрупкое «Я» увязало в черте.
Этот гнев не снаружи — он рос из меня,
Словно чёрная копоть без капли огня.
Я годами копила лавину обид,
И не видела, как мой фундамент разбит.
Я глотала свой пепел, но вырос пожар,
Каждый сдержанный вздох — как беззвучный удар.
Я ломаю фасад из привычной лжи,
Чтобы вырвать свой дух из тупой колеи.
Пусть обрушится небо, раздавится лёд —
Этот праведный крик меня к жизни вернёт!
Хватит фальшивых улыбок и вежливых фраз,
Когда эта ярость диктует приказ.
Я сжала кулак, закричав в темноту:
«Я больше мертветь из-за вас не хочу!»
Вся обида со свистом рванулась наружу,
Очищая огнём мою хрупкую душу.
Тяжёлые цепи упали к ногам,
Я больше себя никому не отдам.
Шторм утих, оставив лишь пепел и дым.
Воздух в груди стал совсем другим.
Гнев — это просто разрушенный мост,
Сквозь который я выросла во весь свой рост.
Я глотала свой пепел, но вырос пожар,
Каждый сдержанный вздох — как беззвучный удар.
Я ломаю фасад из привычной лжи,
Чтобы вырвать свой дух из тупой колеи.
Пусть обрушится небо, раздавится лёд —
Этот праведный крик меня к жизни вернёт!
