Куплет1 Вечер

(Куплет 1) Вечер накрыл дворы серой тенью, фонари мигали в такт, Шёл он спокойно, не ждал беды — просто домой хотел скорее попасть. А из-за угла — голоса, смех злой и грубый разговор, Там девушка стояла в слезах, Трое на одну — и страх в глазах, будто мир рушился в тот час. Он не думал долго — шаг вперёд, голос твёрдый, как сталь: «Отойдите. Хватит. Здесь не цирк. Хватит ломать ей жизнь, хватит рвать». (Припев) А потом — удар, и мир на миг потемнел в глазах, Кровь на кулаках, но он не отступил, не дрогнул даже в словах. «Я тебя не брошу», — шепнул сквозь боль, сквозь хриплый крик, И в этой драке, в этом аду он стал ей щитом, стал стеной в тот миг. (Куплет 2) Драка кипела, как шторм в груди, кулаки летели в ответ, Кто-то упал, кто-то кричал, но он шёл только вперёд, только прямо. Ссадины, кровь, но он держался как герой, не давал им к ней подойти, А когда всё стихло, он тихо взял её за руку: «Всё, идём. Успокойся Дыши». Провёл до подъезда, до самой двери, где свет горел над крыльцом, Сказал: «Ты в безопасности. Ложись Спи. Пусть этот кошмар уйдёт сном». (Припев) А потом — удар, и мир на миг потемнел в глазах, Кровь на кулаках, но он не отступил, не дрогнул даже в словах. «Я тебя не брошу», — шепнул сквозь боль, сквозь хриплый крик, И в этой драке, в этом аду он стал ей щитом, стал стеной в тот миг. (Куплет 3) Утро пришло не с птичьим пеньем, а с воем сирен над головой, В дверь вломились, крики, приказ: «Лежать! на пол! Руки за голову!» Его скрутили, надели браслеты, мир перевернулся вверх дном, «Ты подозреваешься. Статья. Следствие. Суд. Срок впереди». Он молчал, смотрел прямо вперёд, не просил пощады, не ныл, Будто знал: если сердце честно — оно не сломается, не остынет. (Куплет 4) Суд был коротким, слова — как камни, приговор — как приговор, Камера, решётка, тишина, и только стук сердца в упор. Но и там он не дал слабину, не прогнулся под чужой закон, Держал слово, держал честь, не продал душу за лишний сон. Писал ей письма через забор, сквозь колючку и сквозь года: «Я не жалею ни дня, ни удара — я спас её. Это моя правда». (Бридж) Пусть говорят, что мир жесток, что справедливость — сказка для людей, Но он знал цену одному шагу — цене одной спасённой жизни, одной души. И даже если стены давят, если время тянется, как смола, Он шептал себе в тишине: «Я бы снова так сделал. До конца». (Припев) А потом — удар, и мир на миг потемнел в глазах, Кровь на кулаках, но он не отступил, не дрогнул даже в словах. «Я тебя не брошу», — шепнул сквозь боль, сквозь хриплый крик, И в этой драке, в этом аду он стал ей щитом, стал стеной в тот миг. (Аутро) Годы шли, срок истёк, дверь открылась, и ветер повеял свободой вновь, Он вышел с прямой спиной, с тем же взглядом, с той же верой, без лишних слов. И где-то там, в городе большом, она шла по улице, не зная, Что жизнь её спас один парень, который просто не прошёл мимо.