Я рисовала

Я рисовала твой образ на стёклах витрин, Будто ты в этом мире остался один. И я тоже бродила по краю зимы, Среди снежной, холодной, глухой кутерьмы. Каждый день был похож на немое кино, Словно так мне судьбою и было дано — Ожидать у окна, зажигать фонари, Что-то верить и ждать где-то там, изнутри. А потом появился ты — солнечный блик, И к спасению этому сердцем приник. Ты открыл мою дверь не ключом, не рукой, А одним только светом, одной добротой. Лучик тёплый скользнул по холодным замкам, Разбросав все печали мои по углам. Дверь, что раньше была под завалом из льда, Не откроет уже никому никогда. Только ты. Навсегда. Я боялась поверить, стояла во тьме, Отражаясь одна в городской полутьме. Строил сердце моё ледяной бастион, Но растаял он с первым дыханьем времён. Твой луч тронул плечо, прогоняя мой страх, Рассыпая весь пепел сомнений в прах. В твоём взгляде — весна, в твоём голосе — май, Мой потерянный кем-то, вернувшийся рай. А потом появился ты — солнечный блик, И к спасению этому сердцем приник. Ты открыл мою дверь не ключом, не рукой, А одним только светом, одной добротой. Лучик тёплый скользнул по холодным замкам, Разбросав все печали мои по углам. Дверь, что раньше была под завалом из льда, Не откроет уже никому никогда. Только ты. Навсегда. Пусть гудят за стеной сквозняки и ветра, Мне проснуться сегодня другого пора. В новом мире, где больше не нужно кричать, Где умеешь ты просто любить и прощать. Лучиком... прямо в душу... Открыл... Мою дверь...