Картину можно услышать

На Картины масломакрос можно смотреть... можно услышать.... Краска перестаёт быть плоской... Она становится скульптурой... Масломакрос... Глубокий терракотово-красный фон — Он не просто закрашен, он резцом пронзён. Радиальные борозды от мастихина след, Эффект вращающегося диска — раскалённый свет. Объёмное письмо, фактурная капля краски, Каждый контур выступает, как в мистической сказке. Элементы выходят за пределы холста, Создавая иллюзию живого света — и не зря. Масломакрос — рельеф и свет, Где краска дышит, где плоскостям нет. Сферы, гребни, борозды, капли — Это не живопись, это скульптура, что ростёт вверх. В центре — изогнутая структура, Как птичье перо или чешуя — фактура. Зелёный, голубой, оранжевый переход, Не смешиванием, а наложением — вот в чём суть, вот в чём ход. Толстые гребни вытянуты вверх, Каждый слой — это шаг, каждый цвет — это радость. Переходы созданы физическим слоем, Где краска становится объёмным покоем. Масломакрос — рельеф и свет, Где краска дышит, где плоскостям нет. Сферы, гребни, борозды, капли — Это не живопись, это скульптура, что ростёт вверх. Крупные сферы — серо-коричневые, молочные, Они уложены в хаос, как ворохи ночные. Геометрический контраст с волнами вокруг, Каждая капля зафиксирована — недвижимый друг. Нижняя часть — светлые оттенки, языки, Белые, розовые, фиолетовые — они как штрихи. Они стекают, вырываются из плотной массы, Мелкие точки по краям — как космические пляски. Масломакрос — рельеф и свет, Где краска дышит, где плоскостям нет. Сферы, гребни, борозды, капли — Это не живопись, это скульптура, что ростёт вверх. Застывший микромир, где каждый миллиметр — Это шершавость, гладкость, выпуклость, момент. Хочется провести рукой, почувствовать рельеф, Понять, как краска стала плотью, как звучит её напев. Масломакрос — техника объёма и огня, Где каждый слой — это история, что ждёт тебя. Рельеф... свет... сфера... объём... Масломакрос... и его звезда...