Наговицын

Мендельсоновские дела Напевает колесный стук. Взяли прямо из-за стола, Измарали в крови фату. Помню только скамью и суд, Помню — дождик все кап да кап, И теперь мой душевный зуд Утешает родной этап. Спят котлы и фонарики в спецвагонах, Автоматы в служебниках. Пацаны, им по двадцать лет, в погонах И друзья их в ошейниках. Только мне не до сна, вспомнил мать, Иринку, Вспомнил яблоню у реки. И бегут в голове моей картинки, И бегут километрики… С Центра музыку заказал, Всей деревне гулять велел. Детям стольники раздавал, Денег тратил и не жалел. Гривы в ленточках у коней И гостями полна изба. Все как надо, как у людей, Но сыграла ва-банк судьба! Спят котлы и фонарики в спецвагонах, Автоматы в служебниках. Пацаны, им по двадцать лет, в погонах И друзья их в ошейниках. Только мне не до сна, вспомнил мать, Иринку, Вспомнил яблоню у реки. И бегут в голове моей картинки, И бегут километрики… Мендельсоновские дела Напевает колесный стук. Взяли прямо из-за стола, Измарали в крови фату. Помню только скамью и суд, Помню — дождик все кап да кап, И теперь мой душевный зуд Утешает родной этап. Спят котлы и фонарики в спецвагонах, Автоматы в служебниках. Пацаны, им по двадцать лет, в погонах И друзья их в ошейниках. Только мне не до сна, вспомнил мать, Иринку, Вспомнил яблоню у реки. И бегут в голове моей картинки, И бегут километрики…