На паркете

На паркете застыл, словно жертва покоя и сна, Тот, чья плоть была лишней — опора лишена всех опор. Спилены ноги до корня, и в этом — немая стена, Что хранит от паденья, вступая с судьбою в спор. Красиво. Статично. Мёртво. Без пульса в сырых углах. Идеальный объект, что забыл, как дрожать от дорог. Он заперт в оковах «ни шагу», в своих же остывших слоях, Где не будет ошибок, но каждый момент — как итог. Но нам ведь дороже тот путь, где в крови и в пыли, Мы рискуем сорваться, забыв про надежный причал. Где спотыкаясь о неровности этой земли, Мы пишем историю там, где покой промолчал. Пусть пол безупречен, отшлифован для тех, кто боится, Тех, кто не в силах рискнуть и хоть раз — проиграть. Мы выберем танец, в котором легко оступиться, Чем вечно стоять, не умея летать и мечтать. Где страх безупречности стал метафизическим ядом, Где каждый расчет — это саван, расшитый на глаз, Мы ищем изъян под немым, беспристрастным фасадом, В том хаосе жестов, что тянет на выдох и в пляс. Пусть мир замерцает в движеньи неровном, как шрамы, Где нет вертикалей, держащих холодный фасад, Мы — лишь отражения сломанной, странной программы, Что вместо покоя ведет нас вперед, а не в ад. Ведь тот, кто прирос к половицам, отринув дорогу, Тот даже в паденьи своем не увидит высот. Позвольте же быть нам причастными к вечному «могу», Пока неуверенный шаг продолжает свой ход. И в этом порыве, где разум — лишь тень от изъяна, Где стол наш стоит, пусть качаясь под гнетом невзгод, Мы выше того, чья судьба — лишь застыть без обмана, Мы — пульс на границе, где танец нас вечно ведет.