В подземном мраке, в царстве мёртвых,
Где нет ни солнца, ни луны,
Среди теней, навек простёртых,
Текут незримой мглы струны.
И на престоле из обсидиана
Сидит незрячий, вечный бог,
И нет ни капли в нём обмана,
Ни гнева, ни любви — лишь вздох.
Аид! Аид!
Подземный царь не спит!
Аид! Аид!
Врата твои — гранит!
Он знает всё, он помнит имя
Любой души, что в плоти шла,
Но под перстами ледяными
Стирает память, как со зла.
К нему приходят чередою
Младенцы, старцы, жёны, мужи,
И он, обвитый той же мглою,
Дарует отдых ото лжи.
Аид! Аид!
Подземный царь не спит!
Аид! Аид!
Врата твои — гранит!
Никто не минет этой сени,
Никто не обойдёт врата,
Где даже тени от растений
Не помнят, что есть высота.
Сидит он, вечный, равнодушный,
Перстом указывая путь,
И лишь порой, когда под душной
Землёй пробьётся вздох чуть-чуть...
Персефона! Персефона!
Весенние шаги твои,
И мгла редеет на троне,
И оживают береги.
Аид! Аид!
Подземный царь не спит!
Аид! Аид!
Врата твои — гранит!
Но миг пройдёт, и снова в силе
Подземный царь, глухой ко снам,
В своём нетленном, вечном иле
Возводит душам новый храм.
В подземном мраке...
В подземном мраке...
Аид...
