Текст песни
Утро красит алым светом
Грязный мусорный бачок.
Дед в пальто, что выжил летом,
Ищет клад на фоне этом.
Он не бомж — глаза и руки
Чище старенькой одежды.
Просто жизнь — такая штука,
Что съедает все надежды.
Он не роется — он ищет,
Как солдат на поле боя.
Жизнь его не сделала нищим,
Просто выбила из строя.
Я стою с пустым карманом,
И вот грудь сейчас взорвётся.
Я богат лишь этой драмой,
Вбилась в память, не сотрётся.
Глазами ясными, смотрю я на этот мир,
Здесь всё смешалось в унисон.
Дед на мусорке — а ведь он был когда-то командир,
А дети ценят хлеб не больше, чем картон.
Старик и дети — два лица
Одной большой беды.
Я между ними, как жилец
Без денег и еды.
Вечер. Холод. Путь с работы.
Денег нет, в кармане дыры.
На остановке, у входа —
Двое маленьких проныры.
«Дядя, дай на хлеб, родимый!
Есть хотим вторые сутки».
Я молчу, в кармане мимо,
Как им врать про «нет» и «жутко»?
Тут же женщина с пакетом —
Чебуреки им купила.
«Ешьте, детки!» — и с приветом
В свой автобус заскочила.
Я вздохнул: хоть кто-то добрый.
А они, переглянувшись,
Подошли к бачку и бодро
Побросали всё в нутро.
Я стоял и каменело
Всё внутри до самой дрожи.
Два подростка. Вот так дело.
Их еда теперь в отходах.
Докурил и понял с грустью:
Дети не хотят еды чужой,
Им важнее звон монеты,
А не хлеб, что пахнет добротой.
Глазами ясными, смотрю я на этот мир,
Здесь всё смешалось в унисон.
Дед на мусорке — а ведь он был когда-то командир,
А дети ценят хлеб не больше, чем картон.
Старик и дети — два лица
Одной большой беды.
Я между ними, как жилец
Без денег и еды.
Глазами ясными, смотрю я на этот мир,
Куда он катится.
И соки тянет. Как вампир.
Старик и дети — два лица
Одной большой беды.
Я между ними, как жилец
Без денег и еды.
Утром дед, а вечер — дети.
Кто из них честней, не знаю.
Только мусорка на свете
Всех сравняет, привечает.
Там и банка, там и совесть,
Там огрызки чьей-то веры.
А я иду домой. И эта повесть
Моё сердце разрывает.
