Текст песни
Неделю первую сталь пела о сталь,
Гудел бастион, отбивая прибой.
Таран бил в ворота — рождалась печаль,
Но враг отступал, с пораженной мольбой.
Кипела смола на зубцах серых стен,
И лестницы рушились в пламени вниз.
Защитник был горд, он не ведал измен,
И алые флаги над башнями вились.
Вторую неделю штурм яростней стал,
Подкопы рычали под камень и твердь.
Но ров оставался глубок, словно шквал,
И каждому встречному нес свою смерть.
Мы камни катали с высоких бойниц,
Дробя арбалеты и панцири в прах.
И падал герой с искаженных лиц,
Сжимая клинок в леденеющих ртах.
А после пришла тишина, как палач.
Ни криков, ни стука тарана в гранит.
Лишь ветра бездушного хриплый плач
Над частоколом из вражеских пик.
Кончилась пища, закончилась соль,
В колодце – лишь ил, перемешанный с мглой.
Мы съели собак, мы познали ту боль,
Где голод становится вечной женой.
Чума же пришла, словно вор в очаге,
Без стука, без звона клинков и кольчуг.
Сперва пятна тьмы на сухой руке,
Затем лихорадка, замыкающая круг.
Сраженья сменились хрипеньем в ночи,
Не воины бились — скелеты в бреду.
Горели костры, как в аду палачи,
Но нам не согреть эту злую беду.
Последний редут. Не подняться бойцам.
Ворота открыты — но враг не идёт.
Он знает: Чума пировала здесь сама,
Она сторожит и назад не даёт.
Мы умерли тихо, без криков «ура»,
В обнимку с мечом, что уже не поднять.
Лишь черная смерть, словно чья-то сестра,
С войском придет нашу плоть добирать.
И рухнуло знамя — не сбитое в бою,
А выпало просто из немощных рук.
Мы проиграли не копью, не копью —
Мы сдались на милость безмолвных разлук.
