До чего ж грустнА' дорога
на ВагА'ньковский погО'ст,
Где Владимир у порога
зА'мер в бронзе в полный рост.
Руки стянуты холстом,
грудь - душа раскрыта.
Неужели под пластО'м,
в глубине зарыт он ?
Подкатился к горлу ком:
чем гневил он Бога ?
Сколько жизни было в нём,
а прожил немного.
Не пройти ему уже,
лЁ'гкою походкой,
Горечь льется по душе,
как из чарки водка.
- Быть или не быть!!! -
уж впредь не бросать со сцены,
И ХлопУ'шей не хрипеть,
напрягая вены.
Не ласкать его руке
поле васильковое,
Мертвый месяц спит в реке
золотой подковою.
Песен новых не споет
с чувственным надрывом,
Увлекли его в полет
кони "вдоль обрыва".
Робко всхлипнет в тишине
сирота-гитара,
Не могу поверить, нет,
что Его не стало!
