И не позволит ему даже снится

Он сквозь нее смотрел и лишь молчал Он сквозь нее смотрел и лишь молчал. Она в слезах заламывала руки, А он, как будто бы устав от скуки, Стал торопливо собирать свой чемодан. Потом сказал, что им пора расстаться, И был невозмутимо так спокоен, Считая, что он лучшего достоин, Не собирался женщине сдаваться. Она оторопела, замолчала… Её вдруг испугал холодный взгляд, Его безукоризненный наряд… Всё так не шло ему, таким его не знала. Всё поняла — и дрожь прошла по телу… Звенящая до боли пустота Печать вдруг наложила на уста. Сказать ли что? И что сказать хотела? К чему, зачем? Ведь всё теперь пустое. Она остановилась у окна… И сила женщины, что ей была дана, Вдруг показала, что ей всё чужое. И пауза… и вечность затянулась… А в ней мгновение иль жизнь прошла? Так вышло, что душа его лгала… Она вдруг от безумия очнулась. И резкий поворот: «Что ж, уходи… От всей души желаю тебе счастья, Пусть не коснется же тебя ненастье». Он ухмыльнулся: «Ты хоть проводи…» Она застыла, не пошевелиться… А он ушёл, не оглянувшись даже. Теперь он станет для неё пропажей — И не позволит ему даже снится.