Транзитная тюрьма

Стучат колёса в тишине, затвором щёлкает охрана. Вагон «столыпинский» в конце, меня увозит к Магадану. Под перестук колёс вагонных дрожит невольная слеза, Когда на длинных перегонах, мне сняться дочкины глаза. Из дрёмы вырвет лай собак, конвоя крик, ствола зрачок… Нас перегрузят в «автозак», в промозглый, стылый воронок. Чихнет, простужено мотор, езды – каких-то пол часа, Во всем, куда не кинешь взор, я вижу дочкины глаза. Опять транзитная тюрьма, и воронок, качнувшись, замер. Вновь перекличек кутерьма и пустота этапных камер. Колода старых карт игральных, к десятке вытяну туза, И банк срываю машинально, а вижу дочкины глаза. Опять этап, опять дорога, колёсный стук, мельканье дней, А впереди лишь безнадёга, тоска колымских лагерей. Среди тайги и вечной стужи смотрю с печалью в небеса, И мне никто сейчас не нужен, лишь только дочкины глаза. Я дочкин взгляд ловлю глотая слёзы, а в нём немой упрёк, За все не сбывшиеся грёзы, за бесконечно долгий срок. Что есть тому не измениться, не нужно слов и лишних фраз, Они всегда мне будут сниться, и нет дороже этих глаз.