В тЕни дуба застыл кот-баюн,
В его взгляде — холод седых лагун.
Цепь не золото — ржавая сталь,
Уводит путника в мёртвую даль.
Там русалка на ветви — бледная тень,
Там не светит солнце, там вечная темень.
Тридцать три мертвеца из пучины встают,
Имена свои хрипло поют.
Там сказки пахнут сырой землёй,
Зеркальце шепчет: «Ты будешь со мной...»
Рыбка в сетях — как немой приговор,
Старая сказка — петля и топор.
Германн сжимает в руке пистолет,
Дама из карт шлёт безумный привет.
Тройка, семёрка... проклятый туз!
Жизнь распадётся, как сорванный уз.
А Гроб Хрустальный в пещере глухой
Спит под защитой горы ледяной.
Царевна не дышит, лишь иней на коже,
Кто потревожит — тот ляжет там тоже.
Золотой петушок закричит — как надрыв,
Царь Дадон упадёт, сердце в клочья разбив.
Балда у колодца верёвку плетёт,
Он знает — за попом сам Дьявол придёт.
Ветер по кладбищу гуляет,
Старый Салтан в бочке дно вышибает.
Сказка — ложь... но тени за углом.
И всё бывает....
