Атомный пепел

Тишина — это тоже ответ. Я читаю её, как запретную книгу. И зачем ты так? Зачем оно тебе надо? Ты стучишься в стекло, где уже пустота, И рисуешь на нём несуществующие врата. Ты знаешь дорогу туда, где светят лишь угли, И всё равно протягиваешь руки. Зачем ты разжигаешь искру и веру во тьме? Ты учишь меня называть мертвую мглу — живой… Но если выгорать изнутри, То до атомного пепла, До последней золы, что унесет ветром, До тишины, что громче всех слов. Я давно не прошу ни названий, ни карт, Я храню свой ожог, как последний амулет. Но ты показываешь сны, где все хорошо, Где честны голоса, и нет бездны пустоты. Это пытка — узнать рассвет, что мог бы быть твоим, Когда в сердце давно только льдов осколки. Зачем ты разжигаешь искру и веру во тьме? Ты учишь меня называть мертвую мглу — живой… Но если выгорать изнутри, То до атомного пепла, До последней золы, что унесет ветром, До тишины, что громче всех слов. Я не боюсь холода. Я приучен ко льду. Но твой жар… он опасней. Он заставляет ждать. Он заставляет помнить. Как запах дождя в июле. Как звук своего имени на губах, что не лгут. СТОП! Хватит! Дай мне мой пепел обратно! Или… нет. Сожги дотла. Раз увидев свет, В полутьме уже не выжить. Сожги. Зачем ты разжигаешь искру и веру во тьме?! Ты учишь меня называть мертвую мглу — ЖИВОЙ! И если выгорать изнутри, То до атомного пепла! До сверхновой в пустой груди! И пусть после меня — ни звука. Только звон в ушах… от тишины. Зачем ты так… Зачем оно тебе…