Белый саван укрыл вековые хребты,
На снегу не найдешь ни звериной тропы.
Только ветер поет в оголенных ветвях,
Раздувая, как угли, первобытный страх.
В эту ночь из ущелий выходит пурга,
Белоснежные скалит, как демон, рога.
Искры звезд остывают на колком ветру,
Тот, кто вышел из дома — исчезнет к утру.
Кружит, кружит по насту седой хоровод!
Кто замерзнет в ночи — тот навечно живет!
Бейте в бубны из кожи убитых волков,
Сбросьте тяжесть земных, человечьих оков.
Пейте стужу до дна, обнимайте метель,
Из хрустальных торосов стелите постель!
В черном небе горит ледяная слюда,
Здесь не всходит трава, не журчит здесь вода.
Здесь шаманы танцуют с тенями богов,
У высоких, как небо, седых ледников.
Если холод впустил — он становится братом,
Ты вернешься домой снегопадом косматым.
Отрекись от огня, от печи, от золы,
Стань единым дыханьем холодной мглы.
Слушай вой. Это песня твоей новой стаи.
Кровь остыла, но искры в глазах заблистали!
Ты теперь — острый лед! Ты теперь — белый зверь!
Для тебя в мир живых закрывается дверь!
Бейте в бубен сильней! Бейте в бубен сильней!
Кружит, кружит по насту седой хоровод!
Кто замерзнет в ночи — тот навечно живет!
Бейте в бубны из кожи убитых волков,
Сбросьте тяжесть земных, человечьих оков.
Пейте стужу до дна, обнимайте метель,
Из хрустальных торосов стелите постель!
Заметает следы...
Волчий след на снегу.
Никогда...
Никогда не сбежать от зимы.
