Dark mystical Slavic folk pop, female operatic vocals, minor-key modal melodies inspired by Eastern European folk, frame drum and low tom pulse, bowed strings, gusli-like plucked motifs, ritual choral layers, intimate verses opening into a mournful soaring chorus, earthy cinematic production
[Куплет 1]
По мху ступаю — лес осиротел,
У старой ели высохли ладони.
Ручей забыл, о чём когда-то пел,
И пепел дня лежит в его затоне.
Уходит магия — и гаснет мир,
Слабеет корень, каменеет птица.
Я зову вас сквозь безмолвный бор,
Но даже эхо больше не родится.
[Припев]
Спи, мой лес, не зови огонь,
В мире магия гаснет без звука.
Я пою — но пустая ладонь
Не удержит тепло от разлуки.
Спи, мой мир, под холодной золой,
Где трава не узнает рассвета.
Я была твоей сказкой живой,
А теперь только песня об этом.
[Куплет 2]
У старой ели птицы не живут,
Колодец полон пепла и дождя.
Там, где заклятья корни берегут,
Лишь камни помнят голос лета.
Уходит магия — и гаснет мир,
Слабеет корень, каменеет птица.
Я зову вас сквозь безмолвный бор,
Но даже эхо больше не родится.
[Бридж]
Когда исчезнет последний огонёк,
Кто вспомнит имя ветра и рябины?
Я сохраню в ладонях лепесток,
Пока земля не станет мне чужбиной.
Уходит магия — и гаснет мир,
И лес хранит лишь холод вместо тайны.
Я всё пою, пока во мне горит
Последний дар — мой голос печальный.
[Финальный припев]
Спи, мой лес, я храню огонь,
Пусть он слаб, но не сгинет без звука.
Я пою — и раскрыта ладонь,
В ней дрожит обещание чуда.
Спи, мой мир, но не навсегда,
Сквозь золу прорастёт зелёное лето.
Я останусь у края пруда,
Пока песня не вспомнится светом.
[Аутро]
По мху ступаю — лес осиротел,
И мой напев уносят ночью тени.
