Буратиноv6

Город, где всё решали связи, доберманы и чугун. Семья была неблагополучная. Отец пил, крёстный пил, сын был деревянный. Папа Карло жил в подвале и мечтал о сыне. Этажом выше жил его собутыльник, реставратор Джузеппе по кличке Сизый Нос. Реставрировал он в основном себя. Однажды Сизый Нос вручил другу полено. «Выточи себе сына», — ляпнул он с бодуна. Карло [откашливается] шуток не понимал. Он понимал только инструкции. К утру полено заговорило. Его назвали Буратино, в честь семьи, которая построила этот дом. Первым делом Бу съел единственную еду в каморке, луковицу, целиком, и сломал зуб. Сизый Нос выточил ему рандолевый. С тех пор Бу мечтал о золотом, как все приличные люди в те годы. В школу Бу не пошёл, пошёл в карманники. Школа в те годы давала знания, карманы — результат. Промышлял в кукольном театре Карабаса-Барабаса, единственного человека в городе без крыши и без судимости. Бу воровал, Карабас прощал. Бу воровал снова. Однажды Карабас дал ему пять золотых. «Отнеси папе и завязывай». До папы деньги не дошли. До папы вообще мало что доходило. Лиса Алиса и кот Базилио предложили Бу удвоить [музыка] капитал. Так в 90-е называли кидалово. Подпольное казино, прозрачный стол, под столом карлик, который стучал лисе по ноге, какие у Бу карты. Карлику платили сдельно, по количеству дураков. Карлик был богат. Бу заметил, Бу возмутился. Это была его первая и последняя претензия к заведению. Вышибалы-доберманы забрали золотые, привязали Бу к ноге гирю и отвезли на болото, без разговоров. Разговоры в их прайс не входили. Доберманы были профессионалами. Гиря была чугунной, болото глубоким. Но есть субстанция, которая не тонет. Бу был из неё. Бу всплыл, гиря осталась на дне. Цепь была длинной, а Бу упёртым. Болото держала черепаха Тортилла. Три власти, два дефолта, одна кредитная линия. Барыжила пиявками для бодрости, сна и радости. Оптом брал Дуремар, в розницу разносили жабы. В этот раз Дуремар пришёл за другим. Карабас шёл с дня рождения губернатора. На мосту на него напала падучая. В болото улетел золотой ключик. Что он открывал, Карабас не говорил, в девяностые не спрашивали. Пока они перетирали, к Тортилле подплыл нос. Рука Бу залезла ей в карман и по привычке схватила то, что было. Руки у Бу работали отдельно от головы, голова не возражала. Тортилла полезла в карман за ключиком, ключика не было. Первый раз за три власти её обнесли на своей же точке. Бу тем временем держал добычу во рту и чувствовал вкус золота. Будет зуб, решило. Тут нос упёрся в ногу цапли. Цапля к деревянным мальчикам была не готова, взлетела вместе с Бу и гирей. Над лесом стряхнула груз. \[музыка\] Гиря в одну сторону, Бу в другую. Чугун опять проиграл дереву. Бу рухнул на клумбу у коттеджа из красного кирпича. В приличном обществе это заведение называли бардаком. Приличного общества в городе не было, бардак был. На грохот выбежал Артемон. Артемон жил на проценты, проценты жили в соседних комнатах. В гостиной Бу встретил Мальвину, бывшую актрису театра Карабаса. Теперь тоже актрису, но в другом жанре. Следом приехал Пьеро с пиявками для радости. Пиявки разошлись. Пьеро позвал всех гульнуть в кабаке Очаг. Тем временем Дуремар добежал до Карабаса. Карабас сказал: «Перетрём в кабаке». В городе был один кабак. Шайку Бу усадили в кабинет для своих, задёрнули шторы, налили. Через 10 минут за шторой услышали бас Карабаса. Шайка притаилась. Тортила обратилась к доберманам.