Любовь — это слабость,
Жизнь как боль,
Одиночество — гадость,
Ты душу не тронь.
Рано умер отец — и погасли огни,
Родня отвернулась в холодные дни.
Я спал на улице, пряча лицо,
И ветер мне пел про разбитое всё.
Под курткой — лишь холод, в карманах — пусто,
Внутри становилось всё глухо и грустно.
Я шёл через ночь, не надеясь на свет,
И сам себе клялся: назад дороги нет.
Я выжил, хоть падал на самое дно,
Мне было так больно, мне было темно.
Не трогай мне душу, не лезь мне под кожу —
Я сам свои раны залечивать должен.
Любовь — это слабость? Возможно, пока
Не встретишь того, кто не бросит в беде.
Хоть жизнь моя боль, а надежда — мой бой,
Я всё ещё здесь, я остался собой.
Перебрался в Москву — город встретил дождём,
Я думал: начну здесь нормальную жизнь.
Но улицы помнят, как мы там живём,
Когда за надежду приходится биться.
Вокзалы, подъезды, чужие дворы,
Работа за хлеб и бессонные дни.
Я прятал свой страх за оскалом злым,
Чтоб снова никто не воспользовался им.
Мне говорили: «Ты сломан, пропал»,
Но я поднимался, когда уже падал.
Пускай за спиной только пепел и боль —
Я сам себе вытащил душу из тьмы.
Я выжил, хоть падал на самое дно,
Мне было так больно, мне было темно.
Не трогай мне душу, не лезь мне под кожу —
Я сам свои раны залечивать должен.
Любовь — это слабость? Возможно, пока
Не встретишь того, кто не бросит в беде.
Хоть жизнь моя боль, а надежда — мой бой,
Я всё ещё здесь, я остался собой.
Отец, если слышишь меня с высоты,
Я всё ещё помню твои добрые руки.
Я не стал тем, кем пугали мечты,
Хоть жизнь оставляла одни только муки.
Родня отвернулась — я это простил,
Не ради них — чтобы дальше мне жить.
В Москве среди тысяч я путь свой нашёл:
Не быстрый, не лёгкий, но всё же пошёл.
Я выжил, хоть падал на самое дно,
Теперь в моём сердце становится светло.
Не трогай мне душу — я больше не тот,
Кого можно сломать одним словом и влёт.
Любовь — не слабость, когда есть плечо,
А боль — не приговор, если хочешь ещё.
Пускай моё прошлое тянет назад —
Я всё ещё жив, значит, я не проиграл
