English-language rap at 92 BPM, built around a punchy kick and dry snare with swung hi-hats, deep 808 bass, and a dark minor-key piano loop. Keep the beat spacious and tightly arranged so each bar’s opening word hits squarely on the downbeat; use crisp close-miked vocals, subtle doubles, and short delay throws at line endings.
Каждый раз, по экрану, я с грустью, смотрю в эти лица.
В лица тех, кто асознанно, рушит, родную страну.
Жот огнём, и осколками пашет, родную землицу.
Не держа, на счету стариков, матерей и шпану.
Всему миру, хотел бы сказать, только вряд-ли услышат.
На колени упав, закричать, обратившись к нему.
Если есть в вас душа, руки прочь, от детей уберите.
Пусть живут они в мире, ведь война, им совсем некчему.
Спит младенец в кроватке.
Мать кроватку качает.
Видет он, сладкий сон.
Она о мире мечтает.
Жить как раньше, и не думать о горе,
что пришло в каждый дом.
Но тривога, опять,
их квадрат накрывают.
Рвутся мины вокруг,
все в подвал забигают.
Женский крик, плачь детей,
как-же жаль, что всё это не сон.
Страшный сон.
Что такое война? Вы забыли?
Так я вам напомню.
А не верите мне, так спросите дедов и отцов.
Во второй мировой воевавших, в Чечне и в Авгане.
Повидавших, потери и ужас, кровавых боёв.
Но страшнее всего, когда дети в войне погибают!
Помню как, проклинал всех на свете, святых и богов!
Руки прочь, уберите от них, ненасытные твари.
Если есть в вас душа, то постарайтесь, услышат её.
Спит младенец в кроватке.
Мать кроватку качает.
Видет он, сладкий сон.
Она о мире мечтает.
Жить как раньше, и не думать о горе,
что пришло в каждый дом.
Но тривога, опять,
их квадрат накрывают.
Рвутся мины вокруг,
все в подвал забигают.
Женский крик, плачь детей, как-же жаль
что всё это не сон.
Страшный сон.
Спит младенец в кроватке!
Мать кроватку качает!
Видет он, сладкий сон!
Она о мире мечтает!
Жить как раньше, и не думать о горе,
что пришло в каждый дом.
Но тривога, опять,
их квадрат накрывают!
Рвутся мины вокруг,
все в подвал забигают!
Женский крик, плачь детей, как-же жаль,
что всё это не сон.
Страшный сон.
