(Музыкальное вступление: медленный, тягучий и тяжелый гитарный рифф. Очень низкий строй. Барабаны вступают с редкими, мощными ударами по бочке и тарелке. Звук должен быть густым и обволакивающим, как туман.)
[Куплет 1]
Холодный мрамор на груди моей,
И тишина, что тяжелей свинца.
Я помню бархат кожи твоей,
И линии уставшего лица.
Земля легла на веки, словно саван,
И время стало горсткой серой пыли.
Но образ твой, до боли окаянный,
Живёт в душе, которую убили.
(Музыка становится чуть интенсивнее, но темп остаётся прежним. Появляется едва слышная, меланхоличная мелодия на чистой гитаре поверх основного риффа.)
[Куплет 2]
Корнями ив пронизан мой покой,
И черви пишут вечности сонеты.
Я слышу, как стучишься ты рукой
В гранитные, холодные заветы.
Ты шепчешь имя, что забыто всеми,
Ты приносишь сухие лепестки.
Твой плач рождает горькое семя
В моей могильной, каменной тоски.
(Припев. Вокал становится более экспрессивным, переходя с низкого гроула на чистый, но скорбный баритон. Музыка раскрывается, гитары создают "стену звука", но мелодия остаётся печальной и величественной.)
[Припев]
Сквозь толщу лет и погребальный дёрн,
Моя любовь к тебе течёт рекою.
Я слышу твой несмолчный, тихий стон
И простираю прах к тебе рукою...
И даже здесь, где свет навеки проклят,
Где царствуют забвение и тлен,
Твой нежный голос, словно божий отклик,
Меня поднимет из могильных стен.
(Проигрыш: соло на гитаре. Не быстрое, а очень мелодичное и трагичное. Каждая нота должна звучать как слеза, падающая на камень. Ритм-секция остаётся медленной и сокрушительной.)
[Куплет 3]
Года идут. Твой шаг уже не тот,
Морщины-реки по твоим щекам.
И седина, как первый зимний лёд,
Легла к твоим прекрасным волосам.
Но каждый раз, когда приходишь снова,
Я чувствую тепло, что выше смерти.
Твоё последнее, прощальное слово
Сильнее всех проклятий круговерти.
(Припев. Исполняется с ещё большим надрывом и мощью. Можно добавить фоном хоровые или клавишные партии, имитирующие орган, чтобы усилить атмосферу величия и трагедии.)
[Припев]
Сквозь толщу лет и погребальный дёрн,
Моя любовь к тебе течёт рекою.
Я слышу твой несмолчный, тихий стон
И простираю прах к тебе рукою...
И даже здесь, где свет навеки проклят,
Где царствуют забвение и тлен,
Твой нежный голос, словно божий отклик,
Мен
я поднимет из могильных стен.
(Бридж. Темп замедляется почти до полной остановки. Остаются только редкие, глубокие удары басового барабана и затухающий гитарный фидбэк. Вокал — тихий, почти речитатив, полный отчаяния и предвкушения.)
Я жду тебя. Средь праха и костей,
Сквозь темноту бессонных, долгих лет.
Нет для меня желаннее вестей,
Чем твой слабеющий, но верный след.
Твоя свеча горит на ветру судеб...
Погасни... И приди ко мне домой.
(Аутро. Музыка возвращается с первоначальной мощью, но становится ещё медленнее и мрачнее. Главный рифф повторяется несколько раз, затухая и растворяясь в звуке ветра и далёкого колокольного звона. Вокал переходит в затихающий гроул, повторяя одну фразу.)
Я жду тебя...
...в садах увядшего света...
Я жду...
(Последний аккорд звучит долго, тяжело и затухает в полной тишине.)
