Снова город размыт через мокрый витринный глянец,
Вместо пульса в висках — электронный тяжёлый танец.
Я раздал свою юность на верность, которой нет,
Там, где предал мой друг, навсегда погасили свет.
Ледяное стекло греет пальцы остатком виски,
Чтобы снова забыть, как становятся пылью близкие.
Ночь качает волной, заглушая старую рану,
Только утром опять всё вернётся к пустому экрану.
Родная моя, мы сквозь этот неоновый дым
Пронесли свою жизнь, привыкая остаться одним.
Этот мир разменял всё святое на серый расчёт,
Но пока ты со мной — моё сердце сквозь холод течёт.
Родная, держись, когда гаснут огни автострад,
Ты единственный дом, где меня не судили стократ
Всё вокруг продаётся — тарифы, проценты, лица,
Каждый хочет урвать и скорее наживой напиться.
Я сгорел до нуля, перестал верить людям на слово,
И спасался в бокале, чтоб только не рухнуть снова.
Эта злая эйфория держит ровно до рассвета,
А потом темнота и ни капли тепла и ответа.
Но на кухне шуршит незаметно привычный быт,
Где твой тихий заваренный чай мою горечь глушит.
[Припев]
Родная моя, мы сквозь этот неоновый дым
Пронесли свою жизнь, привыкая остаться одним.
Этот мир разменял всё святое на серый расчёт,
Но пока ты со мной — моё сердце сквозь холод течёт.
Родная, держись, когда гаснут огни автострад,
Ты единственный дом, где меня не судили стократ.
[Бридж]
Басы бьют по нервам, срезая вчерашнюю боль,
В мире дешёвых страстей ты — моя настоящая роль.
[Куплет 3]
Пусть промчались года, и виски серебрят седины,
Мы прошли через грязь и сошлись посреди рутины.
Без красивых признаний, без пафосных громких фраз,
Просто чашка в руке и усталость любимых глаз.
Мне не нужен весь мир с его фальшью и лживой ценой,
Если в этой пустыне ты рядом стоишь со мной.
[Финальный припев]
Родная моя, мы сквозь этот неоновый дым
Сохранили себя, не сдаваясь законам чужим!
Пусть вокруг пустота и циничный холодный расчёт —
Твоя тихая верность во мне эту жизнь сбережёт.
Родная, держи мою руку сквозь морок ночей,
Ты мой свет среди тысячи гаснущих серых огней.
