Это не песня. Это хрип из мясорубки.
Это кровь, смешанная с песком.
Спартак. Восстание. Рим — в огне.
Слушай, как трещат кости.
(Куплет 1)
Меня зовут Спартак. Я — фракийский пёс.
Меня продали, как кусок дерьма.
Рим думал: сломает. Рим ошибся.
Я выжил там, где другие — в яму.
Батиат, ты хотел гладиаторов?
Ты получил зверей, что сорвались с цепи.
Я помню Суру. Её глаза.
Рим вырвал её сердце. Я вырву Риму глотку.
На арене я жрал песок и кровь.
Я видел, как умирают друзья.
И каждый вздох — это долг.
Каждый удар — это месть.
Я не раб. Я — чума.
Я — пожар в твоём доме, Рим.
Я — Спартак. И я пришёл.
За свободой. За кровью. За всеми.
Восстань из грязи, из мяса, из костей!
Разбей оковы, рви их, не жалей!
За тех, кто сдох, за тех, кто ещё жив,
Мы — буря, мы — смерть, мы — Спартак!
Кровь и песок! Кровь и песок!
Мы режем Рим на куски!
Кровь и песок! Кровь и песок!
Свобода или кишки!
(Куплет 2)
В лудусе Батиата — ад.
Крикс — галльский бык, Ганник — германский волк.
Агрон — гора, Варрон — брат.
Наэвия — огонь, что жжёт.
Мы не гладиаторы. Мы — ножи.
Мы — те, кого вы боялись во сне.
Мы поклялись: не умрём в клетке.
Мы разнесём этот сраный мир.
В ту ночь мы вырезали охрану.
Кровь Батиата на клинках.
Мы вышли из тьмы, как чума.
И Рим понял: рабы — не скот.
Мы — армия. Мы — голод. Мы — злоба.
Мы — те, кто не просит. Мы — те, кто берёт.
Спартак ведёт. Спартак не сдохнет.
Спартак — это мы. Спартак — вперёд.
Восстань из грязи, из мяса, из костей!
Разбей оковы, рви их, не жалей!
За тех, кто сдох, за тех, кто ещё жив,
Мы — буря, мы — смерть, мы — Спартак!
Кровь и песок! Кровь и песок!
Мы режем Рим на куски!
Кровь и песок! Кровь и песок!
Свобода или кишки!
(Куплет 3)
Глабр, ты хотел крови? Получай.
Твоя голова — наша чаша.
Илития, тварь, ты любишь игры?
Смотри, как горит твой Рим, шлюха.
Лукреция, ты пила нашу боль?
Теперь твоя очередь пить.
Ашур, гнида, ты продал братьев?
Ты сдохнешь, как последняя крыса.
Красс, Помпей, Цезарь — щенок.
Вы думали, нас можно раздавить?
Мы — не армия. Мы — вулкан.
Мы — гнев, что нельзя остыть.
От Везувия до Альп — пепел.
Мы жгли, резали, рвали.
И пусть нас меньше — мы не просим.
Мы не сдаёмся. Мы умираем стоя.
Ты слышишь, Рим? Это не песня.
Это кости, что ломаются под сапогом.
Это рабы, что берут мечи.
Это Спартак. Это конец.
Мы не рабы. Мы не звери.
Мы — люди, что устали бояться.
Мы — кровь. Мы — песок. Мы — месть.
Мы — те, кто восстал.
(Куплет 4)
Наэвия, ты — не просто любовь.
Ты — клинок, что режет тьму.
Мы вместе жгли, вместе рвали.
Вместе шли сквозь кровь и дерьмо.
Агрон, ты прикрывал мне спину.
Ганник, ты смеялся в лицо смерти.
Крикс, ты пал, как настоящий воин.
И я не забуду. Никогда.
Мы потеряли всех, кого любили.
Но не сломались. Не встали на колени.
Мы — не Рим. Мы — не грязь.
Мы — восстание. Мы — пламя.
Восстань из грязи, из мяса, из костей!
Разбей оковы, рви их, не жалей!
За тех, кто сдох, за тех, кто ещё жив,
Мы — буря, мы — смерть, мы — Спартак!
Кровь и песок! Кровь и песок!
Мы режем Рим на куски!
Кровь и песок! Кровь и песок!
Свобода или кишки!
(Куплет 5)
Последний бой. Красс сжимает кольцо.
Легионы, как муравьи, лезут.
Мы рубим, режем, рвём мясо.
Мы падаем, но встаём снова.
Спартак, пронзённый, на песке.
Смотрит в небо. Там нет богов.
Только ветер. Только кровь.
Только память. Только мы.
Он не сдался. Он не сломался.
Он умер свободным. И это — навсегда.
И даже когда Рим сгниёт,
Наша песня будет звучать.
Мы — Спартак. Мы — восстание.
Мы — те, кто не встал на колени.
Мы — кровь и песок.
Мы — навсегда.
Кровь. Песок. Мясо. Кости.
Рим. Гори. Рим. Сдохни.
Спартак. Восстань. Спартак. Веди.
Свобода. Свобода. Свобода.
Кровь и песок.
Кровь и песок.
Спартак!
Спартак!
Спартак!
Рви!
Жги!
Убивай!
Свобода!
Или смерть!
Кровь и песок!
Кровь и песок!
Спартак!
Спартак!
Спартак!
