В холодном блоке, где гаснет свет,
Он ждал свой час, не зная бед.
Огромный рост и детский взгляд,
В его руках — небесный сад.
Джон Коффи — имя как напиток,
Он исцелял, скрывая пытку,
Забыв про зло и про вину,
Он нёс в себе лишь тишину.
А по коридору — зелёный пол,
Конечный путь, тяжёлый стол.
Он слышит шёпот всех миров,
Снимая с нас грехов покров.
Зелёная миля длиннее, чем жизнь,
Когда ты устал, ты за свет лишь держись.
«Я просто устал, босс», — он скажет в конце,
Со слезами на добром и честном лице.
Не бойся той тьмы, что за краем видна,
Там души святые не знают дна.
Мистер Джинглс танцует в тени,
Минуты счастья в пустые дни.
Но злоба людская, как едкий дым,
Сжигает всё то, что мы свято храним.
Он выпил ту боль, что мешала дышать,
Но этот закон не умеет прощать.
Он слишком велик для земных оков,
Для наших судов и для наших грехов.
Последний вдох, искры в глазах,
И чей-то шёпот в ночных часах.
Кто виноват, а кто просто шёл?
Пока не наступит финальный раскол.
Зелёная миля уходит во тьму,
Но свет этой искры не скрыть никому.
Слишком долгая жизнь... слишком горькая роль.
Джон Коффи ушёл, забрав нашу боль.
