Я не такой как все

Я не такой, как прочие прохожие, Мне улица знакома, как тюрьма, Но сквозь витрины, грязные, тревожные, Мне шепчет подворотная тьма. Тьма со мной навеки — не угрозою, А тихой тенью, спутницей немой; Она моей усталости дороже, Чем свет витрин над суетной толпой. Здесь говорят монеты, а не голоса, Здесь каждый взгляд — расхожий мелкий луг; Я различаю, как дрожит их маска, Лишь сердцем одиноким, только слух. Трамваи воют, спорят перекрёстки, Куда-то мчатся — всё не в попад; А я считаю паузы и жёсткие Касанья ветра о пустой фасад. Где нищим подаянья платят криками, Где отчужденье стало ремеслом, Я узнаю по треснувшим витринам их, Как в каждом куске стекла дрожит их дом. И всё ж признай, мой город многосердный: Под ржавый свод небесной высоты Ещё рождаются слова неверные, Но в них — зачаток чьей-то теплоты. Пускай дворцы глядятся в лужи гордо, Над крышами куражится реклама, Я в треске рельс, в шептаньи светофора Слышу живое, спрятанное упрямо. Я не такой, как все,— пусть так и будет, Пусть мне с толпой не делят общий слух; Я различаю музыку в ползущем будне, Как сердце — в шёпоте случайных рук. И если мир распался на кварталы, Где каждый прячется в стекло и страх, То, значит, нужен тот, кто в светлом зале Услышит первый трепет в их словах. Пускай со мной навеки ходит темень, Пока она не режет душу в кровь, Я буду слушать: как, невидимым сражением, В растерянных людях просыпается любовь.